Шекспировский «Макбет» действительно содержит в себе все компоненты триллера – здесь есть ведьмы, убийства, пророчества, призраки, безумие и мальчики кровавые в глазах. При этом «Макбет» с его стремительными сценами – самая короткая и в каком-то смысле самая кинематографичная шекспировская пьеса. Одной из главных задач при переносе спектакля на телеэкран режиссер видел сохранение этой динамики. И это удалось.
При этом Грегори Доран не пытался придать пьесе актуальности через связь с конкретными событиями. На первых минутах телеверсии могут возникнуть ассоциации с военными ситуациями в Ираке, Сербии или Руанде – к этому отсылает и образ ведьм, похожих на бездомных, практикующих вуду, и Макбет и его солдаты, одетые в полевой вариант военной формы. Но современные параллели так и останутся висящими в воздухе. В одном из своих интервью Доран говорил о том, что ему и его команде удалось стряхнули проклятие с «Макбета» именно потому что они не пытались что-то СДЕЛАТЬ с этой пьесой, а только исследовали слово «страх», которое встречается в ней чаще всего.
В этом исследовании задействованы все классические приемы триллера - возможности локации, цвет, свет, звук. Roundhouse с его кирпичными стенами, длинными полутемными коридорами и черными лестницами создает лишенный уюта, цвета и света клаустрофобический мир катакомб и/или бомбоубежищ. Оператор-постановщик Эрни Винче использует приемы документального кино – его «дрожащая камера» становится еще одним персонажем, неким наблюдателем, который неотступно следует за героями, становится свидетелем их тайн, доверенным лицом или безжалостным преследователем, когда они в панике мечутся или в безумии бродят в темных коридорах.
Грегори Доран считает, что крик в театре имеет ограниченную ценность, и кажется, что на всем протяжении «Макбета» не звучит ни одного громкого звука – герои лихорадочно или чувственно перешептываются, бормочут, качаются на волнах внутренних монологов. Из интимного шепота возникает и заговор Макбетов. Такая работа с речью и звуком вкупе с музыкой (точнее, звуковыми эффектами, которые вполне могли бы сопровождать классические скримеры), создает напряжение, в котором ни у актеров, ни у зрителей словно не остается времени на выдох.
Еще один принцип Дорана – ставка на актерское созвучие. В этом смысле «Макбет» – бенефис Энтони Шера и Харриет Уолтер, необыкновенно талантливого и сыгранного дуэта, передающего психологическую линию неумолимого падения в безумие и вину практически на физическом уровне.
Энтони Шер транслирует витальность, которая поражает в его героях. Его Макбет впервые появляется на плечах своих солдат – воин, полководец-триумфатор, предводитель, полный обаяния и силы. Однако, уже в моменте коронации из него как будто уходит его собственная природная органика. Также – физикой, мизансценами и молчанием – сыграно его последующие отчуждение от всего мира, в том числе – от его собственной жены и главной сообщницы.
Леди Макбет Харриет Уолтер – воплощенная элегантность, сила и хорошо скрываемые одержимость, безжалостность и страсть. В пьесе есть указания на то, что у леди Макбет был ребенок. В своих мемуарах Энтони Шер рассказывал о том, как вместе с Харриет Уолтер они полностью прописали для себя историю этой закадровой трагедии, которая в итоге сделала связь между их героями почти осязаемой и задала особую тональность теме наследников и наследия.
Хороши и роли второго плана – король Дункан (Джозеф О’Конор), белобородый старец, словно сошедший со средневековых картин (также подчеркнуто архаично выглядят здесь все атрибуты власти – корона, скипетр, мантии), тихо сошедший с ума от потери семьи Макдуфф (Найджел Кук) и верный друг и соратник Макбета, а также его следующая жертва – Банко (Кен Боунс).
Шекспир посвятил множество пьес исследованию власти и ее законности, а также тому, какие последствия имеет ее свержение в долгой перспективе. Грегори Доран включает «Макбета» в этот концепт и добавляет в финал несуществующую у Барда мизансцену, которая, как и положено в любом уважающем себя триллере, сообщает, что история цареубийств, начатая Макбетом, с его смертью вовсе не закончена.
